DataLife Engine / ЕКАТЕРИНА ЧЕРКЕС-ЗАДЕ: «ПОЯВИЛОСЬ ПОКОЛЕНИЕ, ТРЕБУЮЩЕЕ КАЧЕСТВЕННОГО КИНООБРАЗОВАНИЯ»

ЕКАТЕРИНА ЧЕРКЕС-ЗАДЕ: «ПОЯВИЛОСЬ ПОКОЛЕНИЕ, ТРЕБУЮЩЕЕ КАЧЕСТВЕННОГО КИНООБРАЗОВАНИЯ»

ЕКАТЕРИНА ЧЕРКЕС-ЗАДЕ: «ПОЯВИЛОСЬ ПОКОЛЕНИЕ, ТРЕБУЮЩЕЕ КАЧЕСТВЕННОГО КИНООБРАЗОВАНИЯ»
ЕКАТЕРИНА ЧЕРКЕС-ЗАДЕ: «ПОЯВИЛОСЬ ПОКОЛЕНИЕ, ТРЕБУЮЩЕЕ КАЧЕСТВЕННОГО КИНООБРАЗОВАНИЯ»
Директор Московской школы кино о том, что профессионалами не рождаются
Отечественный кинематограф нередко упрекают в низком качестве, заметно уступающем западным образцам, а продюсеры на нехватку профессиональных кадров и слабую образовательную систему в сфере кино. «БК» встретился с директором Московской школы кино Екатериной Черкес-Заде и узнал, как и на чем строится подход этого проекта к подготовке будущих кинематографистов, каковы насущные проблемы российской системы кинообразования и возможно ли частным учебным заведениям существовать и развиваться без поддержки государства.

Московская школа кино открылась три с половиной года назад. Как она менялась за это время? Что представляет собой проект сегодня и каким специальностям у вас можно обучиться?

Московская школа кино – это третий проект в рамках образовательного консорциума независимых учебных заведений, куда также входят Британская высшая школа дизайна, школа компьютерной графики Scream School, Московская архитектурная школа (МАРШ). Так что мы далеко не с нуля открывали киношколу, перед этим у нас были очень успешные наработки в других творческих индустриях – в дизайне, компьютерной графике, анимации, разработке компьютерных игр и в целом десятилетний опыт работы в области частного образования. По моему мнению, наша школа очень быстро развивается, потому что за эти три с половиной года у нас открылись все основные направления в кинообразовании: сценарное мастерство, продюсирование, режиссура, актерское мастерство, операторское искусство, художественная постановка, грим и костюм, монтаж, звук, компьютерная графика, анимация и так далее. Всего у нас сейчас двенадцать факультетов плюс отделения постпродашкна (композитинг и визуальные эффекты). Открывались они поступательно. Мы начинали с тех программ, которые требуют меньше всего ресурсов – сценарное мастерство и продюсирование. Параллельно с этим мы строили ресурсную базу: просмотровый зал, съемочный павильон, звуковую студию и так далее. Через год мы уже смогли открыть факультеты операторского искусства, художественной постановки, звука и монтажа, а еще через год – режиссуры и актерского мастерства. Меня многие спрашивали: почему самый популярный факультет – режиссерский – вы открыли в последнюю очередь? Но мы исходим из того, что нельзя получить достойное образование в области режиссуры без командных проектов, просто разговаривая об искусстве, сидя в кресле. Это образование нужно получать «в полях». Поэтому мы сначала построили для этого соответствующую инфраструктуру и подготовили специалистов, с которыми режиссеры будут реализовывать свои проекты.
ЕКАТЕРИНА ЧЕРКЕС-ЗАДЕ: «ПОЯВИЛОСЬ ПОКОЛЕНИЕ, ТРЕБУЮЩЕЕ КАЧЕСТВЕННОГО КИНООБРАЗОВАНИЯ»

А как насчет отрасли кинопроката? Планируете ли вы готовить специалистов в области дистрибуции, букинга?

Три года назад мы думали про отдельный факультет дистрибуции. Решили для начала набрать короткий курс, посмотреть, есть ли интерес. И интерес был... никакой. Проблема в том, что в дистрибуции еще нет какого-то индустриального стандарта, туда пока еще часто попадают случайные люди. Рынок должен осознать, что и в этой области нужно профессионально расти, сформировать запрос. Думаю, рано или поздно мы к этому придем. Пока же у нас читается курс по дистрибуции на факультете продюсирования. Плюс у нас есть программа «Современное кино», в рамках которой мы даем знания о том, как устроены современный кинематограф с точки зрения продаж, фестивальный рынок, международная, онлайн-дистрибуция и так далее. Причем мы говорим не только про общие схемы работы индустрии, но и про культурный код каждой страны, а значит, изучаем зрительский интерес. Анализируем, почему те или иные жанры, темы, герои в тех или иных странах пользуются наибольшим спросом. Это вопрос о том, как выстраивать политику, бюджет своего фильма. «Современное кино» – это, по сути, уникальный курс, где кинематограф рассматривается и как искусство, и как бизнес.

Как вы для себя определяете, ваша школа должна готовить специалистов в первую очередь для отечественного кинобизнеса или после ее окончания выпускники могут работать на любой мировой киностудии?

Сейчас, спустя три с половиной года, мы видим, что неправильно готовить специалистов исключительно для российской киноиндустрии. И вообще, нужно избавиться от этого межевания в головах, мы – участники всемирных процессов. Поэтому куда интереснее выстроить образовательную систему таким образом, чтобы наш выпускник обладал всеми компетенциями, которые требует от него отечественный рынок, плюс еще несколькими, позволяющими ему идти на шаг впереди. В этом случае, выходя из школы, он меняет ситуацию изнутри. Просто потому, что умеет работать чуть-чуть иначе: в срок, с дедлайнами, с определенным бюджетом, знает, что такое командообразование, может найти инвестора (и не обязательно в государственных структурах), знает, как защитить свой проект, что такое копродукция и так далее. Мы исходим из понятий, что человек должен уметь работать над любым фильмом и делать это профессионально. Мы формируем программу обучения, каждый год ставя перед собой все более амбициозные задачи.

На что вы в первую очередь ориентируетесь при формировании учебных программ? В чем видите основные принципы и проблемы современного образования в области кино?

Я давно перестала ориентироваться на то, что происходит вокруг, на стандарты, которые есть в государственных вузах. Я считаю, мы можем добиться гораздо большего, используя международный опыт построения образовательных программ. Да, кино в нашей стране стали преподавать раньше всех в мире, накоплен огромный опыт. Но если от этого факта абстрагироваться и брать за основу то, что должен знать и понимать современный выпускник каждой специализации, то образование может быть гораздо эффективнее. Поэтому в Московской школе кино мы исходим из соображений эффективности, а не традиции, беря из прошлого опыта только то, что хорошо работает. А это означало, что образовательные стандарты по каждой специализации нам нужно выстраивать заново. Отличный пример можно привести с актерским факультетом. Обсуждая с нашим куратором Ингеборгой Дапкунайте и ее коллегами, каким должен быть профессиональный актер кино, мы выяснили, что ни в одном российском учебном заведении артиста не учат работать на камеру. Если это не мастерская какого-то конкретного педагога, который проявил инициативу, то все работают исключительно по системе Станиславского. Ни у кого нет вопросов к этой системе, но только она театральная, была изобретена сто лет назад и нацелена на прямую коммуникацию со зрителем. История же не стояла на месте, в том числе с точки зрения развития актерских техник. Наша школа на сегодняшний день единственная в России, где, кроме системы Станиславского, преподают еще Майзнера и другие популярные в мире техники работы на камеру. Еще один пример – наш подготовительный курс Filmmaking, он взят из американской практики кинообразования. В киновузах США система выстроена так, что не важно, на какой факультет вы пойдете – сценарный, монтажный или любой другой. Первый год, а иногда и два, вы будете учиться кинопроизводству в разных профессиональных областях для того, чтобы понимать процесс в целом. И только после такого тренинга студент идет на специализацию. Мы готовим своих учащихся к реальной жизни. Наши выпускники должны уметь работать на любом проекте – это может быть артхаусное кино или ситкомы для телевидения. Я не хочу и не буду критиковать наши старейшие киношколы. Просто учебные планы для большинства государственных кинематографических вузов были написаны много лет назад. Мы сейчас строим свою историю. Кто-то с ней может быть согласен, кто-то – нет. Но я вижу результат: мы поступательно меняем индустрию изнутри. Так что хватит рефлексировать и оборачиваться назад. Надо смотреть вперед, понимать тенденцию и двигаться в эту сторону.

А каких квалифицированных специалистов, по-вашему, сейчас острее всего не хватает на рынке? Вы как-то реагируете на экономические и другие изменения? Допустим, в этом году будете больше набирать технических специалистов, а в следующем вообще не будет набора на это отделение, потому что уже и профессионалам не хватает работы.

Мы за свободную конкуренцию. Наша задача – выпускать конкурентоспособных специалистов. Они могут быть лучше или хуже. Но это не советская практика: «художников нам сейчас не надо, нам теперь нужны звукорежиссеры!» Тем более что мы готовим кадры не только для существующего рынка, но и на будущее. Я вижу, что появилось достаточно много молодых людей, которые способны видоизменить индустрию. Молодое поколение немного другое. И через пару лет оно уже накопит потенциал, чтобы предложить какие-то иные решения. Какими будут эти решения – это уже не мой вопрос, мой вопрос – следить за тенденциями. Но у меня есть ощущение, что через два-три года индустрия будет меняться: не факт, что законы, по которым она живет сейчас, будут работать.

Расскажите, пожалуйста, о преподавательском составе киношколы. Насколько мы знаем, почти все ваши педагоги – «играющие тренеры».

Да, наши педагоги – это исключительно практики индустрии. Люди, которые делают проекты здесь и сейчас, готовые делиться своим опытом. Мы даем им инструменты современного образования, чтобы получать эффективный результат, работая со студентами. Имя каждого нашего куратора хорошо известно аудитории, и их участие в жизни школы далеко не номинальное, каждый из них вносит большой вклад в развитие образования. Я очень признательна всем нашим преподавателям за то, что несмотря на сложные графики съемок они находят время на занятия с учениками, на формирование образовательных программ, на работу со студенческими проектами и так далее.

Большой у вас конкурс в этом году? Нет ли снижения интереса к образованию в связи с кризисом?

Могу честно сказать, что мы опасались снижения интереса к образованию в этом году, но этого не произошло. На некоторых факультетах конкурс даже увеличился. На режиссуру у нас в этом году двенадцать человек на место, на операторский – девять. По факультету продюсирования пока нет окончательной статистики, прошли только первые собеседования. Да и многие только сейчас узнали, что куратором у нас стал Александр Роднянский. Так что, думаю, будет еще много желающих. Но и в целом я вижу, что сейчас в России появилось поколение, которое хочет развиваться и получать актуальное образование, а не просто дипломную «корочку». Примечательно, что пять лет назад все было не так. Раньше, если у человека стоял выбор, потратить деньги на образование или купить новый айфон, большинство выбирало второе. Образование у нас не входило в первичные потребности молодого человека, связь между учебой и карьерой была для него неочевидна. Сейчас отношение к образованию меняется. Многие в кризис не идут покупать, например, автомобиль или бытовую технику. Они вкладывают деньги в себя, потому что это единственные инвестиции, которые рано или поздно точно принесут дивиденды. Но этот интерес побуждает тех, кто занимается образованием, обеспечивать такой спрос, а значит, предоставлять качество, которое этот новый студент требует. Я считаю, что это очень хорошо.

Как у ваших выпускников обстоят дела с трудоустройством? Многим ли удается найти работу по специальности?

Практически 90% наших выпускников работают по профессии. И эти цифры взяты не с потолка. Мы ничего не гарантируем, но в рамках школы даем все инструменты для трудоустройства: мастер-классы, посещение разного рода профессиональных мероприятий, питчинги, стажировки для лучших и так далее. К нам приходят продюсеры на питчинги или открытые просмотры. Таким образом три года назад у нас был запущен проект ЧЕМПИОНЫ совместно с компанией Enjoy Movies. Она поддержала студенческую идею, девелопмент был полностью сделан в нашей киношколе. Далее студенты принимали участие во всех этапах создания этого проекта и защищали свою курсовую работу полным метром, стоя на сцене кинотеатра «Октябрь». Есть много успешных примеров – в частности, Настя Гавриш, которая получила поддержку вначале от преподавателя школы, а потом и от Фонда кино на фильм 30 СВИДАНИЙ. Другой наш студент участвует в создании сериала компании «ВайТ Медиа», и разработанную идею этого проекта он презентовал Тимуру Вайнштейну именно в киношколе. Таких историй много и с каждым годом их становится больше. Наша система подразумевает: если ты не ленивый и будешь работать, если у тебя будет портфолио и ты защитишь его на питчингах, то скорее всего ты получишь свой проект. Все зависит от самого студента. Это как с фитнес-клубом: вы купили абонемент, но чтобы что-то происходило, надо туда ходить и заниматься. Здесь то же самое. Вы поступили, и если ходите и учитесь, включаетесь в работу, то все будет. Если просто заплатили и ничего не делали – будете просто отчислены и не добьетесь никаких результатов. Мы даем возможности, другой вопрос, как вы ими воспользуетесь.

Как в целом вы оцениваете состояние профессионального образования в России? Достаточно ли у нас учебных заведений? Понятно, что они есть в Москве и Санкт-Петербурге, а что происходит в регионах?

Долгое время в России не было никакой альтернативы образовательным программам в сфере кино, кроме государственных вузов. Они всегда были сосредоточены в Москве и Санкт-Петербурге, за редким исключением. Но с другой стороны, наша школа, например, не может поехать в другой город, да и незачем. Потому что учебное заведение не может существовать в отрыве от индустрии. Понятно, что основные компании сосредоточены в Москве. Куда пойдут работать люди, закончившие обучение в другом городе? Откуда там брать практиков индустрии, которые могли бы делиться опытом? Сможет ли правильно существовать там ресурсная база, может ли там работать съемочный павильон? Я не смогу обеспечить образование должного качества в регионе. А если даже это получится, то не смогу гарантировать выпускнику этого учебного заведения такие же возможности, как тому, кто окончил киношколу в Москве. Да и потом, если человек закончит учиться где-либо, затем он все равно приедет в столицу делать карьеру. С точки зрения частного образования я понимаю, что это с любой стороны нецелесообразно. Возможно, теоретически, если государственному вузу дадут деньги, чтобы построить на Камчатке или на наших новых присоединенных территориях какой-нибудь филиал, он его построит. Но, если честно, какой в этом смысл? Я за качество, а не за количество. Сейчас из частных школ вырастает какое-то число программ, которые по результату вполне себе заменяют государственное образование. У нас, как в любой другой стране, должен существовать рынок образовательных услуг. Я должна бороться, чтобы из всех существующих образовательных учреждений выбрали мое. В свою очередь я должна предоставить студенту ресурсы, лучших преподавателей, современные камеры и так далее, дать ему возможности трудоустройства после окончания обучения, какой-то прогнозируемый карьерный рост. Это то, за что я отвечаю.

Государство сейчас тратит довольно серьезные ресурсы на поддержку отечественного кинематографа. А нужна ли поддержка частным образовательным учреждениям в сфере кино?

Нет, чем меньше участия государства, тем лучше. Так мы остаемся независимыми, а значит, более мобильными. Мы зависим только от собственной эффективности с точки зрения менеджмента: инвестируем деньги в проект, делаем его сами и потом зарабатываем на нем. Я не скрываю, что для нас это бизнес. Но мы за деньги студентов предоставляем им образовательную услугу, и уже от нас зависит, насколько качественно мы это делаем и есть ли на нас спрос. Нужно развитие частных компаний в разных сферах кино. Другой вопрос, что государство у нас ничего для этого не делает. Мое мнение, что оно должно создавать условия для развития, программы содействия бизнесу в сфере кино и образования, налоговые льготы, другие экономические меры для поддержки кинематографа. А просто государственное финансирование, на мой взгляд, неэффективно, мы так никогда не выйдем на свободную конкуренцию. Ведь что это такое? Вам дают на что-то деньги, вы должны их каким-то образом потратить, чтобы добиться каких-то целей. Это такая «параллельная Россия»: что-то происходит в рамках госфинансирования, а что-то живет на свободном рынке. Вот мы – на рынке.

28.09.2015 Автор: Мария Позинаскачать dle 12.0
28-09-2015, 16:06
Вернуться назад