» » » Шапсугский национально-территориальный район: из истории образования.
Шапсугский национально-территориальный район: из истории образования. 20:20 Суббота 0 385
1-04-2017, 20:20

Шапсугский национально-территориальный район: из истории образования.

Переломным моментом в истории народов, населявших Краснодарский край, явился 1917 г. Трудящиеся получили возможность свободного политического и национального развития.
Однако национально-государственное строительство в крае активно развернулось лишь после завершения Гражданской войны и происходило в исключительно сложных условиях. Отсутствие опытных партийных работников, несовершенство административного управления аулами, экономическая разруха, бандитизм - все это отразилось на развитии национально-государственного строительства и в Адыгее.
Гражданская война задержала процесс упрочения советской власти в крае почти на два года. Адыгейские аулы, да и весь край, были освобождены от белогвардейцев в марте 1920 г. Сразу же партийными работниками Красной армии стали проводиться общие собрания граждан аулов, где принимались решения об упразднении власти старшин и создании советов. «Принимая во внимание, что существующая сейчас власть была навязана только бывшими царскими приставниками, генералами, офицерами, чиновниками и прочими сворами, не желавшими дать трудовому народу мир и свободу, и освобождение от всяких над собой насилий, – говорилось в постановлении общего собрания граждан а. Хатажукай Майкопского отдела 6 марта 1920 г., - с сего числа упразднить в своем ауле всякие должности, так или иначе связанные с функциями аульского правления, как, например, должность аульского старшины, ... и принять Советскую власть в полном смысле правил, установленных ею».1 Постановления, аналогичного характера, были приняты и на других собраниях жителей аулов, станиц и хуторов.
В условиях чрезвычайной обстановки в Кубано-Черноморской области в большинстве населенных пунктов вместо советов первоначально создавались революционные комитеты. Современные исследователи отмечали: «Ревкомы периода гражданской войны были призваны в военной обстановке оказать помощь Красной Армии в окончательной ликвидации противника, упрочить власть Советов, а также мобилизовать массы на восстановление народного хозяйства, принимать меры по организации культурно-просветительской работы, здравоохранения, материального обеспечения трудящихся, создания условий для перехода к Советам».2 Создав нормальные условия для работы советов, ревкомы прекратили свое существование к концу 1921 г.
С целью активизировать советское строительство среди адыгов Ку- бано-Черноморский ревком на своем заседании 8 апреля 1920 г. постановил организовать «при подотделе по национальным делам отдела Управления секцию по мусульманским делам, а ее заведующим назначить Ми- шуриева»3. Секция развернула активную работу среди более чем 100 тыс. горцев-черкесов Майкопского, Екатеринодарского, Баталпашинского отделов и Туапсинского округа. Но, для решения задач, стоящих перед адыгами, секционные рамки оказались малы.
Очередным шагом на пути национально-государственного строительства и создания органов самоуправления стал I съезд трудящихся адыгов. Он состоялся в Краснодаре 11-15 августа 1920 г., где присутствовали 84 делегата Екатеренбургского, Майкопского, Баталпашинского, Лабинского отделов и Туапсинского округа. Обсудив ряд политических и хозяйственных вопросов, 1-й съезд горцев Кубани и Черноморья принял постановление об образовании при Кубано-Черноморском ревкоме Горской секции.4 В решении съезда обращалось внимание и на «улучшение работы по советскому строительству на местах».
На II-ом съезде трудящихся горцев (2-8 марта 1921 г.) вновь был поднят вопрос об организации управления коренными народами области. Признавалось «необходимым организовать Горский исполком для управления горским населением, с подчинением его облисполкому по горизонтали и Наркомнацу – по вертикали. Горский исполком по правам приравнивался к губернским исполкомам. В целях установления более тесной связи с центром, Горский исполком имеет своего представителя в Наромнаце в Москве».5
Под руководством большевика Шахан-Гирея Умаровича Хакурате Горский исполком провел ряд мероприятий, целью которых являлось укрепление советской власти в аулах. В июне 1921 г. группа из членов горисполкома была направлена с разъяснительной работой «по вопросам, связанным с организацией Горского исполкома и информацией о задачах советского строительства» в аулы.6
Вопрос о выделении адыгейцев в самостоятельную автономную область впервые был положительно решен пленумом Горского исполкома 6 декабря 1921 года и внесен на рассмотрение очередного III Горского съезда (7-12 декабря 1921 г.). Съезд решил «в срочном порядке разработать вопрос о выделении горцев Кубани и Черноморья в автономную область, после чего принять меры к возбуждению соответствующего ходатайства перед центром».7
Несмотря на множество проблем, Горский исполком активно приступил к выполнению решений съезда. Строительству советской власти в адыгейских аулах мешало сложное, запутанное административно-территориальное устройство области. В своем докладе о деятельности исполкома на заседании Президиума Кубано-Черноморского областного исполнительного комитета 19 сентября 1921 г. Ш.-У.Хакурате отмечал: «Вмешательство соответствующих отдельских исполкомов в работу Горского исполкома в аулах, главным образом, в области земельной, крайне вредно отражается на работе Горского исполкома».8 Для расширения функций административного аппарата власти на местах, вовлечения все большего числа представителей коренной национальности в его работу Горисполком делал все возможное. Организовывалась конкретная экономическая и культурная помощь аулам; укрепление советской власти осуществлялось в формах, соответствовавших национально-бытовым особенностям народов; создавались функционировавшие на родном языке органы власти и управления народным хозяйством, суды, школы, культурно-просветительские учреждения. Мусульманская, Горская секции и Горский окружной исполком стали первыми шагами национально-государственного строительства в Адыгее.
Однако в деле создания национальной автономии адыгов не все проходило гладко. При решении данного вопроса прослеживалось четкое противодействие со стороны руководителей отделов, куда входили адыгейские аулы, и Кубано-Черноморского облисполкома, не желавших выпускать руководство из своих рук. В одном из документов, относившихся к марту 1921 г., указывалось: «Признавая в принципе создание областной Черкесской автономии в будущем целесообразным и находя политику эту неосуществимой в данный момент, признать необходимым организовать Горский исполком для управления горским населением с подчинением его об-лисполкому».9 Для обоснования своего права на автономию адыгский народ совместно с руководством Горисполкома затратил немало усилий по составлению всесторонне обоснованных справок, неоднократному обращению во Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет (ВЦИК). Комиссия ВЦИК РСФСР, детально ознакомившись со всеми материалами, документами, побывав почти во всех населенных пунктах, где проживали черкесы, 12 июля 1922 г. пришла к заключению, что «выделение территории с черкесским населением в автономную область является в современной политической обстановке на Кубани необходимым условием...». В справке указывалось, что «черкесское население проникнуто идеей Советской власти не в меньшей мере, чем коренное русское население,..., географические условия вполне позволяют установить конфигурацию автономной Черкесской области,..., не вызывает сомнений и реальная возможность обслуживания автономной Черкесской области контингентом работников черкесов».
15 июля 1922 г. председатель Горисполкома обратился с докладной запиской во ВЦИК с просьбой о выделении в автономную область. В ней, в частности, отмечалось, что «мотивов и данных к выделению в автономную область у кубанских черкесов нисколько не меньше, чем у уже выделившихся в такую кавказских народностей: абхазцев, аджарцев, кабардинцев, карачаевцев, черкесов и т.д.».10
27 июля 1922 г. было принято Постановление Президиума ВЦИК, гласившее: «выделить из Краснодарского и Майкопского отделов Куба- но-Черноморской области территорию, ныне населенную черкесами (адыгами), со включением в нее чересполосных селений и хуторов, с юртовыми землями и лесами, входящими в эту территорию, и образовать из таковой Черкесскую (Адыгейскую) автономную область».11
24 августа 1922 г. Президиум ВЦИК постановил переименовать Черкесскую (Адыгейскую) автономную область в Адыгейскую автономную область.12 А решением от 10 августа 1922 г. Пленум Горисполкома решил переименовать Кубано-Черноморский горский исполнительный комитет в Адыгейский областной исполком, с принятием власти до созыва областного съезда.13
В то же время налицо половинчатость решения вопроса о национально-государственном обустройстве адыгов. Так, из 52 адыгейских аулов с населением более 100 тыс. человек в автономную область вошли 45 аулов с населением 68 тыс. человек. Нерешенным оставался вопрос о причерноморских шапсугах (адыгах), оставшихся за пределами автономной области. В этом, на наш взгляд, повинны органы власти Кубано-Черноморской области, изначально препятствовавшие созданию автономии.
Очевидно, что такой ход событий не мог удовлетворить причерноморских шапсугов. 4 сентября 1922 г. был созван III съезд шапсугов в Туапсе. С докладом по административному вопросу выступил представитель Кубано-Черноморского областного исполнительного комитета Бондаренко. Он разъяснил участникам съезда, что приморские шапсуги в административном отношении, как и прежде, подчиняются Туапсинскому исполкому. Бондаренко подверг критике деятельность Горского исполкома, указывая на то, что он мало сделал для национально-государственного обустройства шапсугов.
Выступавшие на съезде горские делегаты отмечали целесообразность выделения горцев Причерноморского района в самостоятельную административную единицу, ссылаясь при этом на решение вопроса по национальному самоопределению многих народов Кавказа.
Наиболее полно дух и настроение делегатов съезда выразил Юсуф Нагуч. Он отметил, что шапсугам издавна принадлежала Черноморская губерния, с территории которой они насильственно были изгнаны царскими захватчиками. Он напомнил также о том, что шапсуги с древнейших времен были знакомы с формами народной демократии. Им же был оспорен факт невключения в Адыгею причерноморских горцев по мотивам их отдаленности от этой области. В связи с этим он предлагал, опираясь на Конституцию РСФСР, провозгласившую свободу самоопределения народов, объявить район шапсугов советской республикой, которая на договорных началах вошла бы в РСФСР. Ю.Нагуч полагал, что республика будет пользоваться правом законодательства и территорией Туапсинского и Сочинского округов с границей по р. Пшад. Достоянием предполагаемой республики объявлялись города, железные дороги, порты, земля, леса, горы и прочее. Насильственно выселенные из края шапсуги уравнивались в правах с теми, кто оставался на территории республики. III съезд принял предложение Юсуфа Нагуча об образовании Шапсугской Советской Социалистической Республики на указанных принципах и поручил ему и делегату Али Нагучу принять необходимые меры для положительного решения вопроса в соответствующих инстанциях.14
Одним из первых откликов на решение Ш-го съезда шапсугов было заседание Оргбюро РКП (б) Адыгейской автономной области, которое состоялось 5 февраля 1923 г. Интересы шапсугов Туапсинского и Сочинского районов на этом заседании представлял Джамбулет Haiyn, выступивший с докладом. От имени делегировавшего его народа, он обратился с просьбой к Оргбюро РКП(б) и Президиуму областного комитета поддержать перед Наркомнацем и В ЦИК решение об образовании Шапсугской республики. Был также рассмотрен вопрос о присоединении армавирских и баталпашинских черкесских аулов к Адыгее и Суворово-Черноморского юрта Анапского района к Туапсинско-Сочинскому округу.
После длительного и довольно бурного обсуждения было принято решение считать образование Шапсугской республики «нецелесообразным, в виду того, что такой шаг разделяет черкесскую нацию на несколько обособленных народов, что может пагубно отразиться на культурном и экономическом развитии адыгейского народа в целом».15
Что же касается вопроса о выделении Туапсинского и Сочинского районов в самостоятельную административно-хозяйственную единицу, то он нашел поддержку Оргбюро РКП(б). Было признано приемлемым создание из названных районов Шапсугского кантона с последующим подчинением его Адыгейскому облисполкому. Получило одобрение и предложение о выделении Суворово-Черноморского юрта Анапского р-на в самостоятельную волостную единицу с непосредственным подчинением исполкому Шапсугского кантона. Оргбюро РКП(б) высказалось также за присоединение армавирских и баталпашинских черкесов к Адыгейской АО в виде отдельных кантонов.
Обращают на себя внимание и другие принятые решения. В частности, в одном из них отмечалось: «ввиду раздробленности черкесских племен на несколько автономных единиц и принимая во внимание все вышесказанное, признать административной лучшей формой управления кантонные объединения племен, из них создать Единую Адыгейскую (Черкесскую) Советскую Социалистическую республику с центром в г. Туапсе. Рекомендовать произвести деление на следующие шесть кантонов: 1. Шапсугский. 2. Псекупский. 3. Ширванский. 4. Армавирский. 5. Фарский. 6. Баталпашинский».16 Мнение Оргбюро РКП(б) было решено передать на рассмотрение ЦК ВКП(б) и Наркомнаца.
Для определения границ автономии, выделения ее центра и включения в ее состав Туапсинского и Сочинского районов в Адыгею прибыл представитель Наркомнаца. По этому вопросу 21 марта 1923 г. состоялось внеочередное заседание Оргбюро РКП(б) Адыгейско-Черкесской автономной области, на котором для ведения официальных переговоров с представителем Наркомнаца от имени фракции облисполкома и Оргбюро РКП(б) создавалась специальная комиссия в составе Заёмы и Айсы Чамокова. Комиссии поручалось выработать всесторонне обоснованный проект образования автономии «на экономических принципах и наметить окончательно областной центр».17
Какое же решение было принято в заключении? Газета «Экономическая жизнь» (14 ноября 1923 г.) сообщала, что Кавказская секция Госплана по районированию признала желательным разделить весь Северный Кавказ на 11 округов, из которых 5 являются собственно округами, а 6 автономными областями и республиками. Черноморскую губернию признавалось целесообразным разделить между Кубанским и Майкопским округами.18
Выполняя поручение III съезда шапсугов, 23 февраля 1924 года Юсуф Нагуч выступил на заседании малой коллегии Наркомнаца с докладом о выделении Шапсугской республики. Коллегия сочла принципиально возможным создание шапсугской автономии и поручила комиссии, направляемой в Адыгейско-Черкесскую автономную область, изучить этот вопрос.19
Выполняя поручение III съезда шапсугов, 23 февраля 1924 года Юсуф Нагуч выступил на заседании малой коллегии Наркомнаца с докладом о выделении Шапсугской республики. Коллегия сочла принципиально возможным создание шапсугской автономии и поручила комиссии, направляемой в Адыгейско-Черкесскую автономную область, изучить этот вопрос.19
Однако в Кубано-Черноморской области придерживались другой точки зрения: оказание экономической помощи шапсугам и минимум уступок в вопросе национально-территориального образования. Так, 7 февраля 1924 г., обсудив вопрос «О шапсугах», президиум Кубано-Черноморского областного исполнительного комитета принял следующее постановление: «Считая положение народа шапсугов тяжелым, признать необходимым оказание им реальной поддержки. Для более правильного выявления нужд шапсугов и разрешения вопросов помощи им, созвать съезд трудящихся шапсугов».20 Президиум принял также решение о до полнительном наделении шапсугов землей из лесных полян и прилегавших к аулам государственных земель. Кроме того, было принято решение выделить в распоряжение шапсугов юртовые леса и предоставить им право на бесплатное пользование лесными пастбищами.
Постановлением предусматривалась прокладка дорог в районе аулов, организация школ первой и второй ступени. В связи с этим Куба- но-Черноморский областной отдел народного образования обязан был по согласованию с облоно Адыгейской АО обеспечить шапсугские школы национальными кадрами. Предполагалось также организовать больницу с местонахождением по указанию съезда шапсугов и Дома крестьянина для шапсугов в Туапсе.
Не хватало подготовленных кадров. На обращение Кубано-Черно- иорского областного исполнительного комитета о выделении для работы среди шапсугов Черноморья двух черкесов-коммунистов Адыгейская организация РКП(б) ответила отказом. «В Адыгейской организации, - читаем в письме, – нет кадров, которых можно было бы выделить без ущерба для области».
Нужно заметить, что 1924 г. оказался трудным для шапсугов. Аулы были слабы экономически. Чувствовалась острая нехватка продовольствия. В такой экономической и политической обстановке 28 августа 1924 г. в Туапсе был созван IV съезд шапсугов.
К моменту созыва IV съезда был обвинен в антисоветской деятельности и арестован последовательно отстаивавший решение шапсугского вопроса Юсуф Нагуч.
Еще до открытия IV съезда шапсугов стало известно, что собравшихся делегатов волнует единственный вопрос - вопрос о самоопределении. Такой настрой сразу же выявился при обсуждении повестки дня. В острых дебатах съезд согласился заменить вопрос о самоопределении вопросом о районировании.
Бурные прения вызвало предложение поставить первым в повестке дня земельный вопрос. «Мы собирались для того, - отмечал один из выступающих, – чтобы обсудить большой вопрос о нашем самоопределении. Когда мы его разрешим, тогда мы сможем перейти и к другим вопросам».21 Такая точка зрения нашла поддержку со стороны многих участников съезда. Однако все же первым в повестке дня был поставлен земельный вопрос.
Нужно отметить, что земельное положение шапсугов за время революции не улучшилось, а местами ухудшилось. Характерен в этом отношении аул Кичмай, у которого разливами горных рек было размыто 400 дес. плодородной земли. Настроение, созданное таким малоземельем, усугублялось еще и неправильной политикой земорганов. В окрестностях юртов и аулов было разбросано большое количество бывших дач и имений. Заброшенные владельцами еще до революции, эти земельные участки, в лучшем случае, с запущенными полями и садами, виноградниками, в 1922-1923 гг. были взяты на учет земорганами и зачислены в фонд Госземимущества. Часть этих участков сдавалась в аренду, преимущественно иностранным подданным грекам, не подлежащим по Земельному кодексу наделению землей. Часть земель продолжала пустовать, часть была закреплена за Курортным управлением для развертывания санаториев. Ни один из этих участков в то время не был предоставлен шапсугам для улучшения земельного положения.
В конце 1923 - начале 1924 гг. Кубано-Черноморский исполком издал ряд постановлений, направленных, в первую очередь, на улучшение земельного положения шапсугов. Были ассигнованы денежные средства на их землеустройство. Однако ни одно решение не было проведено в жизнь. Следует заметить, что задержка в расширении площади землепользования шапсугов мотивировалась политическими соображениями. Например, считалось невозможным наделять шапсугов землей за счет госимущества, так как последнее представляло собой береговые участки. К тому же предоставление шапсугам выхода к морю рассматривалось советской властью как политически опасное мероприятие.
Такая позиция правительственных кругов порождала неверие шапсугов в возможность улучшить свое положение. «Только своя, особая административная единица действительно позаботится о нас», – отмечалось в резолюциях многих съездов.22
Клингер, в связи с этим, отмечал, что политика края по отношению к шапсугам сводилась, во-первых, к максимальному удовлетворению экономических и культурных запросов шапсугов, во-вторых, к тому, что бы выбить почву из-под ног политических автономистов. «В итоге, – заявлял Клингер, – съезд прошел живо, при активном участии делегатов, и поставленные нами задачи в значительной степени достигнуты».23
Какие же решения были приняты на съезде и что конкретно было сделано в ходе национально-государственного обустройства шапсугов? Съезд постановил просить об образовании Шапсугского национального района Черноморского округа с вхождением в него всех шапсугских аулов и двух промежуточных русских селений с центром в г. Туапсе. По согласованию со съездом был создан ревком как чрезвычайный орган власти нового района в составе Богуса Айдамира (председатель), представителей местной интеллигенции Надиева Юсуфа и Аллало Мусы, Коблева Погош и зам. председателя Туапсинского районного исполнительного комитета Гуцева.
По решению съезда до одной десятины был доведен средний подушный надел шапсугов. В виду недостатка земли, съезд призвал запретить колонизацию Шапсугского района. Был рассмотрен вопрос об оказании краевыми органами власти денежной помощи шапсугам на организацию советского аппарата района, землеустройство, содержание и ремонт школ, оборудование больницы и дорожное строительство.24
В конце августа 1924 г. Президиум Черноморского окружного исполкома Юго-Восточной области утвердил создание провозглашенного IV съездом шапсугов Шапсугского национального района. В него вошли аулы Псебе, Карповский, Малое и Большое Псеушхо, Наджиго, 1, 2, 3 Красно-Александровские, Божьи Воды, Кичмай.25
Президиум оставил без изменения одобренный съездом состав руководящего органа района - ревкома. Его полномочия признавались действительными до проведения очередных выборов в советы. Была создана комиссия по выделению аулов из Туапсинского в Шапсугский район, которую возглавил член Черноморского окружного исполнительного комитета Бондаренко.
Комиссии, в которую вошли по одному представителю от Туапсинского и Шапсугского ревкомов, поручалось в семидневный срок осуществить необходимую работу. Окружному землеуправлению предполагалось немедленно командировать своего представителя для установления границ Шапсугского района и землеустройства населения.
Заседание Малого Президиума Юго-восточного исполкома утверди¬ло Постановление по Шапсугскому национальному району.26
Следует заметить, что при организации национального Шапсугского р-на не все на местах протекало гладко. Так, жители аулов 2 Красно- Александровский и Божьи Воды бойкотировали решение IV съезда шапсугов, приняв участие лишь в обсуждении земельного вопроса. Они отказались подчиниться Шапсугскому ревкому, пожелав остаться в составе Туапсинского района. Жители названных аулов полагали, что новый район, в той форме, в которой он создавался, лишь ухудшит их экономическое положение.
Для разрешения возникшей проблемы окружным исполкомом была создана комиссия, работавшая в течение августа-октября 1924 г. Она пришла к заключению, что требования жителей названных аулов о выделении из нового района необоснованны и предупредила, что дальнейшее бойкотирование решений Шапсугского ревкома будет расцениваться как антисоветские действия.27
Состоявшийся 15-18 ноября 1924 г. 1-й съезд советов Шапсугского национального района одобрил решение Черноморского окружного исполкома о выделении шапсугов в самостоятельный район.28
Однако сами шапсуги осознавали нежизнеспособность созданного нового административно-территориального образования в тех границах и на тех условиях, которые были определены краевыми органами власти.
В 1925 г. в Шапсугский национальный район с центром в городе Туапсе входили 4 аульских совета: Карповский, Кичмайский, Красно- Александровский и Псеушховский, охватывавших 13 аулов и один хутор с компактным проживанием шапсугов. В районе насчитывалось 3,7 тыс. человек, объединенных в 506 хозяйственных дворов.29 В то же время почти вся приморская полоса (в том числе с. Лазаревское) и горные селения, заселенные адыгами, в национальный район не входили, оставаясь в составе Туапсинского района.30
Шапсугский национальный район подчинялся непосредственно Черноморскому исполкому в г. Новороссийске. Специфика района состояла в том, что он не представлял собой единого целого.
С момента образования Шапсугский национальный район неоднократно подвергался административно-территориальным преобразованиям. Аул Псебе с прилегающими землями выделился из Карповского в самостоятельный сельский совет не позже 1926 г.31
В виду отсутствия единого административного центра, жители аулов и Шапсугский районный исполнительный комитет неоднократно ставили вопрос о переносе центра района из Туапсе в более удобный населенный пункт. В ответ на просьбы Черноморский окружной исполнительный комитет вынес решение о перемещении административного центра Шапсугского национального района в Красно-Александровский аул. Так был ликвидирован административно-территориальный нонсенс, когда центр района не располагался на его территории. Решение о переносе центра района было утверждено в конце сентября 1930 г. Президиумом Северо-Кавказского крайисполкома. Но и этой мерой проблему решить не удалось.
Оказалось, что такое решение было принято против желания всех шапсугов. Несколько позже крайисполком вынужден был констатировать то, что в ауле полностью отсутствовали необходимые хозяйственные условия для нормального функционирования райцентра. 17 октября 1930 г. в ответ на просьбу Шапсугского райисполкома крайкомом было принято решение перенести районный центр в поселок Совет-Квадже. Району передавались около 200 га свободных земель для поселения на них трудоспособного населения Псебинского аулсовета.32 В 1931 г. Президиум ВЦИК утвердил решение Северо-Кавказский краевого исполнительного комитета о переносе райцентра в пос. Совет-Квадже.33 Но и на новом месте ощущались сложные условия для нормальной жизнедеятельности национального районного центра.
Это побудило руководство Шапсугского райисполкома вновь возвратиться к вопросу о райцентре. По его ходатайству в 1934 г. Азово- Черноморский крайисполком принял решение о передаче с. Лазаревское и Лазаревского сельского совета, входивших в Туапсинский район, Шапсугскому району.34 Отныне райцентром становилось с. Лазаревское. Принятое решение мотивировалось тем что «село Лазаревское находится при железнодорожной станции, где проходит вся оперативно-хозяйственная работа Шапсугского района... Село Лазаревское своей территорией вклинивалось в Шапсугский район, создавало чересполосицу с его основной частью территории». Принятое решение, на наш взгляд, способствовало улучшению экономического и политического положения района в целом.
В ноябре 1931 г. территория Шапсугского района увеличилась за счет присоединения, по постановлению Президиума Северо-Кавказского краевого исполнительного комитета, к Кичмайскому сельсовету русских сел Скобелевки и Рождественки Солохаульского сельского совета Сочинского района.35 Присоединение было вызвано территориальным и экономическим тяготением сел к соседнему Кичмаю. Таким образом, с этого времени в Шапсугский национальный район входили восемь сельских советов: Кармир-Астаховский, Карповский, Кичмайский, Красно- Александровский, Лазаревский, Псебинский, Псеушховский, Совет- Квадже.36
В 1934 г. происходит дальнейшее территориальное расширение района. Организуется вместе с Лазаревским сельским советом и Марьинкий сельский совет.37 Спустя год, Шапсугскому району передается дополнительно еще один сельский совет - Макопсинский, ранее входивший в подчинение Туапсинскому району, расформированному Президиумом Азово-Черноморского крайисполкома 21 сентября 1935 г.38 К этому времени в Шапсугский район входила береговая полоса от Туапсе до пос. Головинка. Население его составляло около 6,5 тыс. человек, хозяйственных дворов насчитывалось 1136.39
В апреле 1940 г. решением краевых органов власти был восстановлен Туапсинский район, которому передавались из Шапсугского района Куй бышевский (бывший Карповский) и Псебинский сельские советы.40 Эта мера привела к заметному сокращению численности черкесского населения Шапсугского района. Включение в Шапсугский район сельских советов преимущественно с армяно-русским населением, а также вывод из него сельских советов с черкесским населением привело фактически к ликвидации его национального статуса. В результате преобразований адыги составили около половины из общей численности района 6,5 тыс. человек.
Этот процесс, направленный на поэтапную ликвидацию Шапсугского района, был закреплен 18 мая 1941 г. По указу Президиума Верховного Совета РСФСР территория Шапсугского района удвоилась. В подчинение ему отошли от Адлеровского района Лоовский, Солох-Аульский и Волконский сельские советы, а также часть колхозов, подчинявшихся до этого Сочинскому горсовету.41 По состоянию на 1 сентября 1942 г. территория Шапсугского района, на которой проживало 17,6 тыс. чел., уже составляла 1433,44 кв.км, в том числе 4 тыс. адыгов; 10 сельских советов объединяли 98 населенных пунктов. Все население было сельским.42
Шапсугский национальный район прекратил свое существование 24 мая 1945 г.

ПРИМЕЧАНИЯ
1. Государственный архив Республики Адыгея (ТАРА). Ф.р-382. Оп.1. Д.14. Л.1.
2. Бугай Н.Ф., Джимов Б.М. От ревкомов к Советам на Кубани. Майкоп,1989. С.4.
3. Государственный архив Краснодарского края (ГАКК). Ф.р-158. Оп.1. Д.53. Л.20.
4. Установление Советской власти и национально-государственное строительство в Адыгее, 1917-1923. Майкоп,1980. С.160.
5. Там же. С. 190.
6. ТАРА. Ф.р-328. Оп.1. Д.4. Л.35.
7. Таов М.А. Адыгейская автономная область - советское социалистическое национально-государственное образование //Ученые записки Адыгейского НИИ. Май¬коп,1969. С.114.
8. ТАРА. Ф.р-49. Оп.1. Д.86. Л.145.
9. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф.р-1318. Оп.1. Д.190.
Л.1.
10. ГАРФ. Ф.р-1235. Оп.1. Д.669. Л.7.
И. Установление Советской власти... С.231.
12. ГАРФ. Ф.р-1235. Оп.39. Д.56. Л.90.
13. ТАРА. Ф.р-1. Оп.1. Д.5. Л.1.
14. Лазаревский этнографический музей (ЛЭМ) - копия документа из фондов хранения документов новейшей истории государственного архива республики Адыгея (ХДНИГАРА.). Д.1. Оп.1. Л. 69, 70, 71.
15. ЛЭМ - коллекция документов.
16. ЛЭМ - коллекция документов.
17. ЛЭМ - копия документа ХДНИГАРА. Д.1. Оп.1. Л.31.
18. ГАКК. Ф.р-1547. Оп.1. Д.12.
19. ТАРА. Ф.р-1. Оп.1. Д.13. Л.124.
20. ГАКК. Ф.р-365. Оп.1. Д.852. Л.51.
21. Государственный архив Ростовской области (ГАРО). Ф.р-3758. Оп.2. Л.158-159 об.
22. ГАРО. Ф.р-3758. Оп.2. Л. 158-159 об.
23. Там же.С.85.
А. А. Ржавин
24. Л ЭМ - отчет о IV съезде шапсугов.
25. Новоросский филиал Государственного архива Краснодарского края (НФ ГАКК). Ф.р-9. Оп.1. Д.381. Л.61.
26. ГАКК. Ф.9. Оп.1. Д.433.
27. ГАКК. Ф.9. Оп.1. Д.433.
28. ЛЭМ. Протокол 1-го съезда Шапсугского национального района.
29. Список населенных мест Северо-Кавказского края. Справочник. Ростов-на- Дону, 1925
30. Лазаревский районный Государственный архив (ЛРГА). Ф.р-9. Оп.1. Д.1. Л.62.
31. Сочинский филиал Государственного архива Краснодарского края (СФ ГАКК). Ф.р-25. Оп.1. Д.40. Л.15.
32. ГАРО. Ф.р-1485. Оп.1. Д.640. Л.36 об.
33. Основные административно-территориальные преобразования на Кубани (1793-1985). Краснодар, 1986. С.95.
34. ГАРО. Ф.р-1485. Оп.1. Д.662. Л.2 об.
35. СФ ГАКК. Ф.р-25. Оп.1. Д.438. Л.158.
36. ГАРО. Ф.р-1485. Оп.1. Д.662. Л.1, 2 об.
37. Цифры и факты истории Лазаревской ЛРГА. Коллекция документов.
38. ГАРО. Ф.р-1485. Оп.1. Д.670. Л.98 об, 99.
39. Цифры и факты истории Лазаревской ЛРГА.
40. Основные административно-территориальные преобразования на Кубани...
41. Шапсугский большевик. 1941. 18 мая.
42. Паспорт Шапсугского района по состоянию на 1.10.1942. С. 1, 2. ЛЭМ.


А.А. Ржавин.скачать dle 12.0

Оставить комментарий

    • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
      heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
      winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
      worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
      expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
      disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
      joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
      sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
      neutral_faceno_mouthinnocent
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
РУСЛАН КУРБАНОВ: Власти Дагестана и КЧР сняли Шевченко и Тоторкулова из-за глубокого страха 12:52 Суббота 0 853 РУСЛАН КУРБАНОВ: Власти Дагестана и КЧР сняли Шевченко и Тоторкулова из-за глубокого страха Сегодня в двух республиках Северного Кавказа – Дагестане и Карачаево-Черкесии местные республиканские Избиркомы отказали в регистрации в качестве кандидатов в Госдуму одномантдатникам Максиму