» » » Шапсугский национальный район и его ликвидация (1924-1945 гг.)
Шапсугский национальный район и его ликвидация (1924-1945 гг.) 23:11 Воскресенье 0 5 290
4-01-2015, 23:11

Шапсугский национальный район и его ликвидация (1924-1945 гг.)


От редакции: данный материал объясняет многое из того, что сейчас происходит в Адыгее, в адыгских регионах в целом, особенно в плане их «экономической несостоятельности», а также того, как благосостояние ее жителей «воспрянет», если этих республик не станет.

Провозглашен район 4-м съездом шапсугов Причерноморья, проходившим 26-29 августа 1924 г. в г. Туапсе. 30 августа того же года протокол съезда был утвержден президиумом Черноморского окружного исполкома, а 23 сентября выделение шапсугов в административно-территориальный район окружного подчинения утверждено малым президиумом исполкома Юго-Восточного края (с октября – Северо-Кавказский край). В ноябре 1924 г. вопрос об образовании района был положительно решен Президиумом ВЦИК РСФСР. Согласно постановлению Черокрисполкома в состав Шапсугского района были включены 10 шапсугских аулов и два промежуточных русских селения. Однако первоначально в него вошли 8 аулов: Карповка (Куйбышевка, ныне аул Агуй-Шапсуг), Псыбе, Большое и Малое Псеушхо, 2-й и 3-й Красно-Александровские аулы ныне Калеж и Лиготх соответственно), Наджиго и Кичмай. Два аула 1-й Красно-Александровский и Божьи Воды (Хаджико и Тхагапш) отказались, но об этом – ниже.

Руководящим органом района был утвержден (тем же постановлением окружного исполкома) ревком в составе: Айдамир Боус (председатель), Мус Аллало, Юсуф Кадиев, Логош Коблев, Гуляев (имя не называется; в 1925 г. – председатель Туапсинского районного исполнительного комитета) – члены ревкома. Полномочия ревкома действовали до 2-го съезда советов Шапсугского района (17-21 марта 1926 г.). Формально начал функционировать с 5 сентября 1924 г. Центром Шапсугского района был определен г. Туапсе, территориально в него не входящий. Ревком размещался в г. Туапсе, в доме № 1 по улице Парижской Коммуны. Анализ имеющихся документальных источников позволяет сделать вывод о том, что инициатива выделения шапсугов из Туапсинского района в национально-административную единицу принадлежала краевым властям и рассматривалась в качестве альтернативы вхождению шапсугов Причерноморья в Адыгейскую автономную область или созданию Шапсугской автономной республики, провозглашенной на 3-м шапсугском съезде 4 сентября 1922 г.

Предыстория создания Шапсугского района непроста и в общих чертах выглядит следующим образом. Еще в декабре 1920 г. Кубано-Черноморский областной ревком рассмотрел вопрос о горцах Кубани и Черноморья и вынес постановление, в котором их выделение в самостоятельную административно-территориальную единицу в принципе признавалось «желательным». На 2-м съезде горцев Кубано-Черноморской области, проходившем 2-8 марта 1921 г. в Краснодаре, был поднят вопрос об образовании горской автономии и избран Горский исполком. 25 мая 1921 г. принято постановление областного комитета РКП(б) о необходимости выделения горцев Кубани и Черноморья в отдельную национально-территориальную единицу. 31 мая того же года состав Горского исполкома был утвержден Кубано-Черноморским облисполкомом на правах отдельного исполкома, подчинявшегося областному. Все эти вопросы обсуждались на 1-м съезде шапсугов Причерноморья 7 июля 1921 г., который одобрил вхождение шапсугов в горскую автономию.

В последующие полгода Горский исполком на основании постановления облисполкома от 13 июня 1921 г. занимался, прежде всего, подготовкой практических предложений вышестоящим органам по выделению горцев из области в национальную автономию. В рамках этой работы 19 сентября 1921 года на своем пленарном заседании исполком рассмотрел, направленное ему облисполкомом на предмет дачи заключения, письменное предложение Туапсинского райисполкома о выделении из своего состава населенной шапсугами Красно-Александровской волости для передачи ее в подчинение Горскому исполкому. В своем заключении пленум указал на необходимость вхождения в автономию всех аулов Туапсинского отдела, образовав из них отдельный район.

В последующие полгода Горский исполком на основании постановления облисполкома от 13 июня 1921 г. занимался, прежде всего, подготовкой практических предложений вышестоящим органам по выделению горцев из области в национальную автономию. В рамках этой работы 19 сентября 1921 года на своем пленарном заседании исполком рассмотрел, направленное ему облисполкомом на предмет дачи заключения, письменное предложение Туапсинского райисполкома о выделении из своего состава населенной шапсугами Красно-Александровской волости для передачи ее в подчинение Горскому исполкому. В своем заключении пленум указал на необходимость вхождения в автономию всех аулов Туапсинского отдела, образовав из них отдельный район.

Частично вопрос об автономии адыгов был разрешен на 3-м областном съезде Советов (7–10 декабря 1921 г.). Съезд уточнил название и территорию деятельности исполкома, который стал называться Горским окружным исполкомом. В его подчинение вошло горское население (адыги), проживавшие на территории Краснодарского и Майкопского отделов, а также Туапсинского отдела Черноморского округа. 3-й съезд предложил Горскому окружному исполкому закончить разработку вопроса в выделении горцев Кубани и Черноморья в автономную область. К этому времени на территории, подчиненной Горисполкому, проживали более 100 тыс. адыгов и 25 тыс. русских. В работе 3-го съезда приняли участие и представители шапсугов.

В течение первого полугодия 1922 г. вопрос о предоставлении адыгам автономии последовательно рассматривался в ряде инстанций: Кубано-Черноморском облисполкоме, в Наркомате РСФСР по делам национальностей, во ВЦИКЕ (Всероссийском Центральном Исполнительном Комитете РСФСР). Состоявшееся 26 января 1922 г. заседание коллегии Наркомнаца постановило «выделить в Черкесскую автономную область» только кубанских адыгов. Окончательное решение было за ВЦИКом, но исход вопроса уже был предрешен.

17 марта 1922 г. исполком Кубано-Черноморской области в присутствии председателя Туапсинского отдела рассмотрел заявление жителей 3-х Красно-Александровских аулов об отказе подчиняться Горскому окрисполкому и входить в Черкесскую (Адыгейскую) автономную область. Они требовали оставить их в Туапсинском отделе (с мая 1922 г. – район). Президиум «указал» Горскому окрисполкому на «недопустимость» его «действий» (речь идет о подчинении себе аулов, якобы, «помимо их желания»), которые «в корне нарушают принцип национального самоопределения граждан и их волю». 27 июля 1922 г. Президиум ВЦИК принял постановление об образовании Адыгейской автономной области. Шапсугам во вхождении в область было отказано. Официальный мотив – их отдаленность от кубанских адыгов.

Для обсуждения сложившейся ситуации 4 сентября 1922 г. и был созван 3-й шапсугский съезд. Выразив несогласие с мотивировкой отказа, делегаты, прежде всего, отменили постановление своего предыдущего съезда о вхождении в Адыгейскую автономную область. Одновременно съезд единогласно проголосовал за создание Шапсугской автономной республики. Председательствовал на съезде Мус Аллало, секретарем съезда был избран Юсуф Нагуч. В своем выступлении перед делегатами съезда Юсуф Нагуч, в частности, сказал: «Конституция (РСФСР), провозгласившая свободу самоопределения, дала и нам, шапсугам, свободу, поэтому я предлагаю объявить Шапсугию советской республикой».

В постановлении съезда, принятом по предложению Юсуфа Нагуча, сказано следующее:

1. Шапсугия – советская республика, часть РСФСР. Отныне Шапсугия советская республика, управляемая Временным исполнительным комитетом, избранным на настоящем съезде, существует.

3. Шапсугская республика пользуется правом законодательства.

4. Шапсугская республика в делах военных, финансовых, юстиции, внутренних, просвещения, распоряжается самостоятельно, без ограничения (кроме иностранных дел, говорилось в примечании).

5. Находящиеся на территории Шапсугской республики города, железные дороги, телеграф, порты, земля, леса, горы и проч. являются достоянием Шапсугской республики.

6. Шапсуги, насильственно выселенные из края, должны пользоваться всеми правами шапсугов, ныне живущих на территории шапсугов.

7. Не шапсуги, ныне живущие на территории Шапсугской республики, имеют право и впредь жить на общих основаниях.

8. После утверждения Шапсугской республики центральной властью РСФСР Шапсугская республика входит на договорных началах в РСФСР.

Председателем Временного исполнительного комитета Шапсугской республики был избран Джамбулет Нагуч, секретарем – Абдул Хлечас. Юсуф Нагуч и Али Нагуч (жители аула Агуй) были наделены съездом полномочиями, от имени шапсугского народа добиваться признания Шапсугской республики высшими органами власти РСФСР и для решения всех связанных с этим вопросов.

С того момента, когда об «автономистских настроениях» шапсугов стало известно окружным и областным властям, ими, в том числе ОГПУ, была организована и активно проводилась «глубокая внутренняя работа по разложению подобных тенденций». Аналогичная работа осуществлялась и по линии Туапсинского райисполкома. Настойчиво внедрялась мысль о нецелесообразности создания шапсугской автономии в любой ее форме. Всячески внушалось, что автономия принесет народу лишь вред в связи с его малочисленностью и бедностью. Говорилось также, что содержание аппарата окончательно разорит шапсугов, так как потребует введения дополнительных налогов. Встать же на ноги самостоятельно, без посторонней помощи, они, якобы, не смогут, а право претендовать на нее потеряют. Истинной же причиной противодействия местных органов власти созданию шапсугской государственности было то, что в 1920-х годах (как и прежде) считалось политически нецелесообразным и даже опасным предоставлять шапсугам (и адыгам вообще) выход к морю.
К 1923 г. «обработка» начала приносить плоды: среди шапсугов стали появляться противники самоопределения. Увидев, что органы советской власти настроены против шапсугской государственности, они начали агитировать за выгодность пребывания в составе Туапсинского района, вместе с русскими, «антиавтономисты» (термин того времени) убеждали народ, что только в этом случае шапсугам будет оказываться экономическая помощь, в которой они так остро нуждаются. В пользу этого мнения говорило то, что местные органы власти ничего не делали, чтобы улучшить материальное положение шапсугов.

В 1922-1923 гг. шапсуги неоднократно обращались к властям с ходатайством об отводе аулам земли для хозяйствования. Но этот вопрос вплоть до февраля 1924 г. никакими инстанциями даже не рассматривался. В аулах не было ни школ, ни больниц, ни хороших дорог, они не были включены в сеть потребкооперации и т. д. И все же движение против шапсугского самоуправления не нашло широкой поддержки у населения. Против выделения из Туапсинского района и образования национальной автономии выступили лишь аулы 1-й Красно-Александровский и Божьи Воды (Хаджико и Тхагапш). На совещании представителей аулов, состоявшемся в самом начале февраля 1924 г., перед отъездом Юсуфа Нагуча в Москву, лидеры названных аулов вновь заявили о своем несогласии с его позицией.
Архивные документы не указывают прямо на причины упорного противостояния идее собственной автономии. Они позволяют лишь предполагать, что же на самом деле скрывалось за этим фактом. В начале февраля 1924 г. Юсуф Нагуч выехал в Москву. 23 февраля он выступил на заседании комиссии Наркомнаца с ходатайством об утверждении постановления 3-го шапсугского съезда. В итоге комиссия решила «признать принципиально возможным выделить шапсугский народ в автономную область, поручив комиссии, едущей для обследования Адыгейской (Черкесской) области, обследовать положение также шапсугских народностей».

Накануне выхода этого постановления, 7 февраля 1924 г. состоялось заседание президиума Кубчероблисполкома, рассмотревшее вопрос «О шапсугах». Причиной обсуждения этого вопроса на президиуме называлось тяжелое положение шапсугов, необходимость оказания им «реальной поддержки». Для решения проблем шапсугов признавалось необходимым дополнительное наделение их землей, выделение аулам юртовых лесов и предоставление им права на бесплатное пользование местными пастбищами и, как говорилось в постановлении, «источниками побочного пользования лесами». Аулам также разрешались прорубка дорог в нужных направлениях.
Соответствующей службе облисполкома предлагалось составить план проведения дорог и взять их разработку под свой контроль. Президиум признал необходимым организовать в аулах, имеющих сельсоветы, школы 1 ступени и одну школу 2 ступени. Расходы на организацию и оборудование школ относились на счет облисполкома. За счет его же средств предполагалось открыть больницу. Все сметы в срочном порядке требовалось представить в бюджетную комиссию. Крайне необходимым президиум признал включение аулов в общую сеть потребкооперации. «Для более правильного выявления нужд шапсугов и разрешения вопросов помощи им» президиум постановил созвать съезд шапсугов. Руководство съездом поручалось Черокрисполкому. Вопросы шапсугской автономии на президиуме, согласно протоколу, не обсуждались.

Вскоре после возвращения из Москвы Юсуф Нагуч был арестован, якобы, как турецкий шпион, осужден (за «контрреволюционную деятельность») и выслан в Сибирь вместе со своим братом Али. В Шапсугии они не были забыты. Об освобождении братьев ходатайствовали не только их односельчане. Жители аула Кичмай в своем обращении к Шапсугскому ревкому в сентябре 1925 г. писали: «В знаменательный для шапсугского народа день (1-я годовщина создания Шапсугского района) мы не можем не вспомнить того, кто был первым ходатаем перед советской властью о выделении шапсугов в самостоятельную административную единицу, гражданина Юсуфа Нагуча, высланного теперь по какому-то роковому недоумению далеко за пределы родного края. Уполномочиваем райревком усиленно ходатайствовать перед высшей властью о возвращении в семью шапсугов достойного гражданина советской власти т. Нагуча для благотворной и полезной деятельности не благо родного ему народа и процветания советской власти».
Арест Юсуфа Нагуча, видимо, еще более убедил противников выхода из Туапсинского района в небезопасности следования «автономистсткой» идее. Предложение о выделении шапсугов в административно территориальный район с включением в него 10 аулов в пределах их границ (без выхода к морю), с подчинением Черокрисполкому, судя по всему, возникло в начале 1924 г. в связи с активизацией сторонников Шапсугской республики. Официальный вариант предоставления самостоятельности шапсугам в корне отличался от предложения Юсуфа Нагуча, одобренного шапсугским съездом, а также от постановления коллегии Наркомнаца от 23 февраля 1924 г. Как видно из источников, власти это различие хорошо понимали. С самого начала для них было очевидным, что навязываемое шапсугам так называемое «районирование» в экономическом отношении совершенно не перспективно и является лишь декорацией автономии.

26 августа 1924 г. 4-й шапсугский съезд должен был начать свою работу. «Мятежные» аулы отрицательно отнеслись к созыву этого съезда, на повестке которого стоял вопрос о самоопределении шапсугов, и решили своих делегатов на съезд не направлять. Однако, узнав, что будет обсуждаться и вопрос о землеустройстве, послали двух делегатов (из шести) и несколько человек в качестве гостей. На съезде делегаты от аулов Хаджико и Тхагапш высказались против выделения шапсугов из Туапсинского района, а некоторые в знак протеста покинули съезд. Но обо всем по порядку.
Делегатов и гостей съезда (50 и 100 человек соответственно) интересовал единственный вопрос – собственная автономия или, как формулировали его шапсуги, самоопределение. При обсуждении и утверждении повестки дня представители крайисполкома добились подмены вопроса о самоопределении вопросом о «районировании». Кроме того, им удалось, использовав актуальность земельного вопроса для шапсугов, не только вынести его на обсуждение съезда, но и включить в повестку под первым номером. Для переключения внимания гостей и делегатов съезда с вопроса о самоопределении на земельный вопрос, была создана специальная комиссия по учету и рассмотрению требований и предложений собравшихся, для их доработки. Со своей задачей комиссия справилась.

Съезд заявил ходатайство об освобождении Юсуфа Нагуча, что было воспринято представителями краевых властей как антисоветский выпад в защиту «контрреволюционера». На заседаниях президиумов Черноморского окружного и краевого исполкомов (от 30 августа и 23 сентября соответственно), утвердивших протокол съезда, были приняты постановления о скорейшем решении шапсугских проблем. Тексты протоколов изобилуют выражениями типа «немедленно выслать», «в срочном порядке озаботиться» («произвести», «рассмотреть»), «указать на необходимость всемерной поддержки» («признать необходимость максимальной поддержки»), «приступить немедленно», «установить неослабное наблюдение над срочным проведением землеустройства».
После того, как съезд утвердил так называемое районирование шапсугов, жители аулов Хаджико и Тхагапш на своем собрании объявили бойкот ревкому. Собрание постановило «не входить в организуемый Шапсугский район и отказаться от подчинения последнему». Красно-Александровскому сельсовету запрещалось подчиняться ревкому и выполнять его распоряжения. Ни к чему не привели требования совместной комиссии ревкома и Туапсинского райисполкома о немедленном подчинении Шапсугскому ревкому. Аналогичное постановление вынес и пленум Черокрисполкома, на котором присутствовали два представителя от аулов.
В ответ на «нажим» Красно-Александровский сельсовет, членами которого были аульские лидеры, ограничился направлением в ревком двух ходатайств: о переименовании аула Красно-Александровского в Красный Лиготх и аула Божьи Воды в Тхагапш. Постановление же крайисполкома было решено обжаловать в Москве, в «центре». Аулы и их лидеры надеялись на удовлетворение своего ходатайства, так как считали, что советская власть дала им право на добровольное самоопределение, а значит, они сами вольны решать, быть им или не быть в Шапсугском районе. Тем более, что в аналогичной ситуации в марте 1922 г. областные власти пошли, как считалось, навстречу аульчанам, отменив подчинение Красно-Александровских аулов Горскому исполкому.

В октябре 1924 г. комиссия Черноморского окружного и Северо-Кавказского краевого исполкомов с длинным названием «По выяснению целесообразности исключения аулов 1-го Красно-Александровского и Божьи Воды из Шапсугского ревкома и по проверке проведения в жизнь постановления Черокрисполкома по шапсугскому вопросу» прибыла в Красно-Александровский сельсовет. Встреча наедине с лидерами аулов, на чем настаивала комиссия, не состоялась, однако на назначенное на следующий день собрание пришли 85 человек. Им был сделан доклад о значении предложенного административного устройства для шапсугского народа. Собравшихся долго убеждали в необходимости и преимуществах вхождения в Шапсугский район, управляемый национальным ревкомом, который решит все их социально-культурные и экономические проблемы, а также в том, что советская власть будет оказывать району всяческую помощь.
В ответных выступлениях почти дословно звучали те аргументы «против», которые в свое время использовались властями при агитации против Шапсугской республики. Так, выступавшие сомневались, что советская власть станет помогать Шапсугскому району экономически (ранее они слышали обратное) и наоборот, считали, что если они останутся в Туапсинском районе, то будут иметь поддержку со стороны властей наравне с русскими. В выступлениях аульчан намекалось на связь руководства ревкома с некими «турецкими шпионами» (имелся в виду осужденный по навету ОГПУ Юсуф Нагуч), что, по их мнению, обязательно плохо скажется на отношении русских к Шапсугскому национальному району. В таких условиях выход из Туапсинского района, считали они, только ухудшит положение народа.

Комиссия потребовала от собрания отмены его решения, запрещавшего сельсовету подчиняться ревкому, а от сельсовета – немедленного выполнения распоряжений последнего. В противном случае комиссия пригрозила применить репрессивные меры. Несмотря на это, собравшиеся подтвердили свое прежнее намерение не входить в состав района вплоть до разрешения вопроса центром. В случае отказа, заявили они, их придется принуждать к этому силой. Постановление Черокрисполкома, принятое по докладу комиссии, давало аульчанам на раздумье семь дней. По истечении этого срока, в случае невыполнения постановления, сельсовет распускался, его члены отдавались под суд, в аул назначался ревком в составе трех человек. Какова же причина столь длительного и упорного противодействия аульчан созданию национальной автономии в любой ее форме: будь-то Адыгейская автономная область, Шапсугская республика или Шапсугский район?
В своем отчете упомянутая комиссия указала на две явные, с ее точки зрения, причины: экономическую и политическую. К причинам экономического характера она отнесла, прежде всего, нерешенность земельного вопроса, т. е. малоземелье шапсугов. Этими мотивами комиссия объясняла возникновение как «автономистских», так и «антиавтономистских» настроений. В последнем случае стремление к отделению от русских действительно считалось причиной нежелания властей решать проблемы шапсугов. Комиссия отметила, что за два месяца существования района ничего не было сделано для улучшения жизни шапсугов: землеустройство даже на бесспорных участках до сих пор не начато, обещанных на эти цели денег ревком не получил. Сам ревком был фактически отстранен от решения этого вопроса: не были ему известны ни план землеустройства, ни ответственные за эту работу в Черокрисполкоме.

В вопросе дорожного строительства не было начато даже обследование местности: не коснулась района и потребкооперация (не велась торговля в аулах, заготовки сельскохозяйственного сырья и продуктов). Школы намечалось открыть лишь к 1 ноября, учителя были подобраны только из русских (кроме Агуя, где вторым учителем был шапсуг). Шапсуги по-прежнему были лишены прав на пользование лесами, пастбищами. Политическим мотивом нежелания аулов входить в Шапсугский район комиссия сочла воздействие пропаганды против Юсуфа Нагучева и соратников и неверие в заинтересованность властей в его существовании.
Однако главной (с точки зрения комиссии) причиной конфликта были все же сугубо личные, скрытые мотивы: взаимоотношения лидеров аулов и председателя ревкома. Сами же выступавшие отвергали наличие у них каких-либо претензий к ревкому, включая председателя. В заключении комиссия предложила два варианта отношения к ходатайству аулов Хаджико и Ткагапш. Если существование Шапсугского района представлялось властям целесообразным, то необходимо было добиваться признания аулами ревкома и выполнения всех постановлений окружного и краевого исполкомов. В противном случае этот протест заслуживал внимания как повод для ликвидации района, не имевшего, кстати, экономических предпосылок для самостоятельного функционирования в установленных границах. Возвращаясь к вопросу о скрытых причинах упорного сопротивления ряда аулов включению их в любое национально-территориальное образование, следует сказать, что они действительно существовали, но суть их, по нашему мнению, заключалась в другом.

После окончания Русско-Кавказской войны не прошло и 60 лет. Еще были живы люди, испытавшие на себе все ее ужасы, в том числе депортации, «прелести» жизни под властью царской администрации или многолетнюю, полную лишений и опасностей жизнь в труднодоступных горных убежищах. Тяжелое, безрадостное существование под властью и управлением своего недавнего врага привела к тому, что адыги замкнулись в себе, старались меньше общаться с русскими; развивалась отчужденность и боязнь всего русского. Адыги старались не вмешиваться в политическую жизнь, в революционные события, так как считали, что при любом исходе будут виноваты они. В период установления советской власти и гражданской войны на Кубани, слабо ориентировавшиеся в политике, адыги оказались втянутыми в борьбу между красными и белыми. Это, как известно, дорого им стоило. Так, в 1918 г. войсками Таманской дивизии был уничтожен ряд «враждебных» аулов, в том числе Кошехабль, погибло множество людей.

Умные люди, искренне желавшие добра народу, говорили в то время: «Мы должны мирно жить и трудиться в своих аулах, соблюдая строгий правопорядок и не затрагивая ничьих интересов. Только это даст нам спокойствие и безопасность. Живите мирно и никого не трогайте. Будьте осмотрительны». По сути, этот призыв можно считать инструкцией по выживанию. Безусловно, подобная позиция была порождена Русско-Кавказской войной, бедственным, бесправным положением на родине, навязыванием чуждых правовых норм и моральных представлений. Большинству жителей аулов Хаджико и Тхагапш (в отличие, скажем, от кичмайцев) пришлось немало лет после выселения прожить на Кубани в атмосфере бесправия и унижения, принудительной русификации. Аул Тхагапш пережил в конце 1870-х гг. вторую депортацию за связь с махаджирами. Позже, тем и другим было разрешено вернуться на родину.
Новую власть шапсуги, как и все адыги, встретили с надеждой. Во-первых, потому, что она свергла самодержавие, с которым они связывали свои беды, т. е. как бы отомстила за них. Во-вторых, советская власть обещала всем равные права и возможности. Оказалось, что она даже не против предоставления адыгам самостоятельности. Но на практике это происходило формально, чисто декларативно. Местные же органы власти (краевые и окружные), судя по всему не были заинтересованы в таком развитии событий и, прежде всего, в отношении причерноморских адыгов – шапсугов. Собственно, как оказалось, и не все шапсуги приветствовали идею собственной государственной автономии, считая ее провокационной, насколько еще сильно было недоверие к русской власти. Подобная реакция была характерна и для других народов бывшей Российской империи, в том числе и кавказских.

Вскоре после собрания аульские лидеры были арестованы. Среди «застрельщиков» власти называли Чилезаха Тоха, Баулета Литхуша, Ибрагима Хейшхо (председатель сельсовета), Брама Сизо, Хаджи Гербо. Под угрозой дальнейших репрессии 16 ноября 1924 р. (на 1-м съезде Советов Шапсугского района) аулы через своих представителей Макао Макаева и Ибрагима Черена были вынуждены признать власть Шапсугского ревкома. В свою очередь съезд просил ревком ходатайствовать о прекращении следствия по делу арестованных и освобождения их из-под стражи. Съезд просил также окрисполком о проведении землеустройства шапсугов, о финансировании школ, работы райревкома. В 1925 г. в Шапсугском районе насчитывалось 5 сельских советов: Карповский (Куйбышевский; в 1926 г. из него был выделен Псыбинский сельсовет), Псеушховский, Кичмайский, Красно-Александровский, Кармир-Астаховский (с центром в селе Головинка). Численность населения района составляла 3730 челловек, из них шапсугов – 3366, русских – 361, количество населенных пунктов – 14.
В 1930 г. (не позднее июня) центр Шапсугского района был перенесен (без учета мнения шапсугов) из Туапсе во 2-й Красно-Александровский аул (аул Калеж), а в октябре 1930 г. – в поселок Совет-Квадже (территория бывшего частновладельческого участка Голубева). На жизнеспособности района изначально негативно сказалось чересполосное размежевание с Туапсинским районом, отрезанность от автомобильного, железнодорожного и морского путей сообщения. Работавшая в районе в августе 1925 г. комиссия Черокрисполкома и Туапсинского района по обследованию деятельности и личного состава Шапсугского ревкома и входящих в его состав аулсоветов, претворяя свой отчет, отмечала: «Шапсугский округ является не отдельной территорией, населенной шапсугским народом и ограниченной общими границами, а состоит из нескольких территориальных участков, разделенных вклинившимися между ними территориями Туапсинских сельских советов». Далее в отчете отмечалось отсутствие у ревкома «каких бы то ни было средств на текущие потребности аулсоветов», которые «принуждены прибегать к самообложению». Говорилось также, что вся власть: законодательная, исполнительная и судебная была фактически в руках «общегражданских» собраний.

В докладе отмечалось, что выделенные району «участки с их населенными пунктами расположены исключительно в долинах рек, но в стороне от проезжих дорог, не только железнодорожной и шоссейной, но и проселочных..., сношения с административными и торговыми центрами затруднены, а порой (из-за разливов рек, дождей, снежных заносов) невозможны». «Все это, – говорилось в докладе, – создает вынужденную оторванность аулсоветов и входящих в них аулов от центра и чрезвычайно затрудняет экономическое развитие района». В отчете признавалось также, что причиной трудностей экономического характера служит и «крайняя недостаточность земли, пригодной под посевы». Однако еще 23 февраля 1924 г. областное земельное управление обязало лесничество «наметить меры, могущие улучшить экономическое состояние шапсугов».

Проект землеустройства был представлен еще 4-му шапсугскому съезду. Согласно ему «на 3424 души черкесов намечалось к отводу 3424 десятины удобной для сельскохозяйственного пользования земли, из расчета на одну душу по одной десятине». Само землеустройство (отвод земли) было запланировано на 1924-1925 гг. Приступили к нему в марте 1925 г. В упомянутом отчете говорилось, что на момент проверки (август 1925 г.) «все землеустройство шапсугов ведется помимо какого бы то ни было участия Шапсугского земотдела». В феврале 1926 г. состоялись перевыборы сельсоветов, а 17-23 марта – 2-й съезд Советов Шапсугского района. Председателем райисполкома был избран Мурат Хушт, главами сельских советов избраны: Карповского – Джамбулет Нагуч, Псыбинского – Магомет Ачох, Красно-Александровского – Нух Хунов, Кичмайского – Кади Кадиев, Псеушховского – Аис Напсо.
Интересный факт из жизни района. В мае 1926 г. Шапсугский РИК ходатайствует перед Черокрисполкомом о передаче в район «старого знамени Шапсугского народа, которое находится в Адыгейском областном музее, высланное ему ошибочно из Тифлисского музея совместно с другими знаменами кавказских народов». Действительно шапсугское знамя 1840 г. поступило из Тифлиса в упомянутый музей. Оно имело крайне плохую сохранность. Сравнительно недавно знамя шапсугов (а также натухайское) было профессионально реставрировано и сейчас занимает достойное место в экспозиции Адыгейского национального музея. Территориальная разобщенность Шапсугского района была ликвидирована в 1934 г. с передачей ему из Туапсинского района Лазаревского сельсовета с селом Лазаревским, ставшем центром района. Так, Шапсугский район получил значимый выход к морю, к железнодорожной станции.

Расширение территории района за счет Лазаревского сельского совета имело и другую сторону начался процесс сокращения удельной доли шапсугов в населении района. В октябре 1935 г. в связи с расформированием Туапсинского района Шапсугскому был передан Макопсинский сельсовет, также населенный русским и смешанным населением. В 1940 г. единый Шапсугский район перестал существовать, так как в апреле этого года, с восстановлением Туапсинского района, последнему были переданы населенные шапсугами Куйбышевский и Псыбинский сельсоветы. В мае 1941 г. к семи сельским советам Шапсугского района были присоединены этнически смешанные Лооский, Солох-Аульский и Волковский, в основном, с русским населением.
Согласно паспорту Шапсугского района в сентябре 1942 г. его территория составляла около 1,5 тыс. кв. километров, численность населения достигала 17,5 тыс. человек, из них адыгов насчитывалось 4 тысячи. В 1943 г. на бюро Шапсугского районного комитета ВКП(б) был вынесен вопрос о переименовании Шапсугского района в Лазаревский. Двумя голосами против (секретарь райкома комсомола Хушт М. П. и заведующий земельным отделом райисполкома Хлечас А. М.) судьба района была решена. 24 мая 1945 г. был подписан Указ Президиума Верховного Совета РСФСР о переименовании Шапсугского района в Лазаревский
Из книги Тамары Половинкиной «Шапсугия – боль моя»

Дополнительная информация: туры по Белоруссии


подержанные автомобили сузуки
отдых в Индии

-

Оставить комментарий

    • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
      heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
      winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
      worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
      expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
      disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
      joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
      sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
      neutral_faceno_mouthinnocent
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Куда делся кавказский обычай не хвалить своих собственных детей? 10:45 Понедельник 0 1 024 Куда делся кавказский обычай не хвалить своих собственных детей? Когда-то на всем Кавказе действовал жесткий запрет на похвалу своих детей. Я помню тех аульских стариков, которые замолкали и поджимали губы, когда кто-то начинал хвалить их сыновей. Они никогда не
В Москве пройдет ежегодный Всероссийский сбор руководителей клубов исторической реконструкции 11:47 Вторник 0 207 В Москве пройдет ежегодный Всероссийский сбор руководителей клубов исторической реконструкции С 23 по 26 ноября 2018 года в Москве пройдет ежегодный Всероссийский сбор руководителей клубов исторической реконструкции, где будут презентованы лучшие региональные практики по вовлечению молодежи.