«Черкасы» Поднепровья 18:49 Четверг 0 1 120
1-03-2018, 18:49
История 1 120 0

«Черкасы» Поднепровья

В документе 1352 г. указано, что литовский князь Гедемин, завоевав Кафу и Перекоп, привел черкесов с их княгиней и поселил из на р. Снипорид (приток р. Сула) и основал там город Черкасы. Позже Гедемин также населил черкесами и район города Канив. Однако, по данным историков В.Н. Татищева и И. Н. Болтина, еще в XIV в. курский баскак Ахмат вызвал якобы одну часть черкасов с горы Бештау (Пятигорья; на адыгском оно называлось Bgiytxw «Пять гор»; на татарском – Бештау, из-за горы, у которой пять вершин), и эти черкасы построили на Днепре город, названный их именем – Черкассы, ставший впоследствии одним из центров днепровско-казацкого региона. Следует принять во внимание образование подобным же способом названия города Яссы (по румынски Jasi, древнерусский Ясский Торг), старой столицы Молдавии, который был первоначально основан аланами, называемыми на Руси ясами.
Подробно о черкасах рассказал австрийский посол в Москве Сигизмунд Герберштейн. В 1527 г. он выпустил книгу «Записки о Московитских делах», получившую широкую известность на Западе. В этой книге он сделал заключение о близости языков, которыми пользуются «поляки и русские, властвующие на весьма широком пространстве, и черкасы-пятигорцы у Понта (Черного моря)». О черкасах он сообщал: «… Русские утверждают, что это христиане, что они живут независимо по своим законам, а церковную службу выполняют по греческому обряду на славянском языке, которым они пользуются главным образом в жизни». Свое сочинение С. Герберштейн снабдил картой, где он вполне определенно очертил границы расселения донских черкасов, а также древнего Пятигорского Княжества на Северном Кавказе. Он даже указал крест, стоящий на самой высокой вершине Пятигорья, то есть на горе Бештау. Известны и другие географические карты той эпохи. Пятигорских черкасов на Северном Кавказе мы обнаруживаем на карте Дженкинсона, крупного деятеля английской «Московской компании», который четырежды пересек Россию от Белого моря до Астрахани в 1557-1562 гг. Составлена эта карта была для практических торговых нужд (не по преданиям), поэтому она максимально достоверна. На карте голландского картографа Гесселя Герритса, составленной в 1613 г. мы находим народ «пятигоры», которые на этой карте помещены в земли аланов (асов). В те же годы хорватский писатель Мавро Орбини (архимандрит Рагский) назвал пятигорцев и черкасов большим и могущественным народом и поставил их в ряд с другими великими народами.
На протяжении XIV-XV вв. наблюдается несколько волн черкасской военной эмиграции на территорию Среднего Поднепровья и Левобережной Украины. Так, группа черкесских князей, у которых которые были против правления России в Кабарде, послали некоторое количество воинов в Польшу попросить о помощи. Эти князья были приговорены царем к смерти. В августе 1561 г. польский король разрешил всем воинам Пятигорья, кто хотел, приехать в Польшу. В 1562 г. пять кабардинских князей оставили свои дома на Кавказе и нашли спасение в Польше вместе с семьями и воинами (польские писатели нашего времени утверждают, что там было 300 воинов). Польский король радушно принял их с множеством почестей и подарков, которыми те были очень довольны. Вот имена этих князей: Касим Камбулатович (Черкасский), Гаврила Камбулатович (Черкасский), Онышко/Александр Кудадек (Черкасский), сын очень важного Западно-Черкесского князя Сибока, Васул Консаукович, Солтан Жумкович (Черкасский), сын Жумека Темрюка, Темрюк Жумкович (Черкасский), сын Жумека Темрюка. Русский царь послал свое доверенное лицо Алексея Клобукова в Польшу получить князей обратно, но «пятигорские» князья оказали ему холодный прием. Солтан и Темрюк стали командирами особых полков пятигорских казаков в польской армии. Именно Темрюк показал лучшие качества черкесского командира. О героизме говорит множество документов. Например, 13 апреля 1572 г., когда мощная турецкая армия атаковала польские силы в Молдове, все польские части покинули поле боя в панике, и только Темрюк со своим пятигорским полком остался и дрался до тех пор, пока польские части оправились и вернулись остановить турок. В XVI в. в Речи Посполитой был известен род легкой конницы «пятигорские хоругви», комплектовавшиеся, главным образом, из кабардинских и жанеевских наемников.
Черкесские поселенцы ассимилировались среди постоянно увеличивавшегося славянского населения, но территория и народ Украины назывались Черкасией вплоть до времен Екатерины II. Поэтому не дожно удивлять, что в московских документах XVI и XVII вв. черкасами назывались как черкесы, так и украинские казаки. Различие между терминами «черкес» и «черкас» считается условным, и форма «черкес» вытеснила форму «черкас» лишь в XIX в., а до этого адыгов, в большинстве случаев, называли именно черкасами.
В. Гатцук, украинский исследователь начала XX в., демонстрирует черкесское происхождение запорожских козаков уже в совершенно категоричных тонах: «… Города Канев, Черкасы, Чигирин основаны и населены Касогами, и все сельское, хуторское, поселение по обоим берегам Днепра к югу от Киева состояло тогда из Касогов. Приднепровские Касоги зажили в мире с коренным населением, – с Славянами-Полянами. Защищая себя и их (Поляне были мирным, земледельческим племенем) от грозных врагов-монголов, все надвигавшихся с востока в последующие века, храбрые Касоги “полили своей кровью днепровские берега”;... и быть может, их храбрости и военной выдержке, которыя они, живучи между Полян, передали и им, обязан в значительной мере Запад тем, что поток монгольский не разлился далее берега Днепра. Общая опасность соединяет людей. Мало по малу Касоги-Черкесы слились с Полянами и образовали, вместе с ними, так называемое Малороссийское племя. От них теперешние Малороссияне получили те свои особенности, которыя отличают чистый малорусский тип от Великороссиян – темный цвет волос и глаз, тонкия черты лица. Черкесы передали Малоруссам свою любовь к свободе, ненависть к так называемому “холопству”... От них же заимствовали Малоруссы и общий характер одежды, домашней обстановки, прежнего своего вооружения... Если прислушаться к тому, как современные Кабардинцы поют свои героические песни-былины, сродство черкесского племени с малорусским выясняется особенно ярко: тот же размер и ритм стихов, то же рифмование и такия же повышения и понижения голоса, какия слышатся в малорусских народных “думах”. Даже имя свое Черкесы передали малорусскому племени: до царствования императора Александра 1-го, – когда кавказские Черкесы, не пожелавшие добровольно покориться, были объявлены “врагами России”, – не только русский народ, но и официальные бумаги называли Малороссиян Черкасами» (Цит. за: [Павлов А. Казаки – потомки черкесов. Версия раннего и нерусского происхождения казачества Юга России
Генуэзец Интериано в своей книге рассказывает также о том, что черкасы брили голову, а на макушке оставляли длинный пучок волос, заложив его за левое ухо, по тому же обычаю, который известен и у запорожцев и отличал их «войсковых товарищей». Донские казаки свои чубы также зачесывали на левую сторону. Объяснение этому было такое. За правым плечом у человека стоит ангел, а за левым черт. И только черт из-за плеча выглянет, а здесь казак. Лишнего черкасы старались не говорить, считая, что ангел видит мысли, а черт слышит слова.
Новейший исследователь настоящей проблемы В. Ф. Горленко (Киев) в своей статье обращает внимание на такой интересный источник, как реестр жителей Черкасского и Каневскога замков 1552 г., в котором содержится большое число имен и фамилий явно черкесских выходцев: Лазука, Горянин, Тока Копытков, Ломан, Семен Скуматов, Гусейм, Нелистон Старый, Степанец Пятигорчин, Жчалаш, Мишко Tepeбердеевич и др.
Таким образом, в следствии метисации и комплиментарности с местными тюрками, северо-кавказцами и славянами возникла к XV в. этнографическая группа украинцев под именем «черкасы».
Об метисном характере казаков свидетельствуют многочисленные культурные и языковые факты. Этнограф А.И. Стоянов писал в своих записках «Путешествие по Свании» в «Записках Кавказского отделения Русского географического бщества (Тифлис, 1876), что испытал подлинное удивление, когда, спускаясь в сванское село Мулах, встретил женщину, одетую в почти «малороссийский» костюм – на ней была плахта и намитка. Группа мужчин-сванов, принесшая им обед, также поразила своим малороссийским стилем одежды. Если бы не их сванский язык, этнографу пооказалось бы, что он находится в самом центре Полтавской области. На сходство внешнего облика украинцев и черкесов обратил внимание Аф. Шафонский, автор конца XVIII в.: «Нынешние горские черкесы по наружному виду лица, одеянию и по всем ухваткам, по сей день весьма на малороссиян, в низовых местах Днепра живущих, и особливо на бывших запорожских казаков похожи, которые и вообще все малороссияне, из стари от великороссиян черкесами называются».
Украинский лингвист Ю.Л. Мосенкис установил многочисленные параллели между названиями гидронимов Украины и Кавказа. Например, речка Хорол коррелируется с названием грузинской реки Хоролис-цхали (от аварск. h’or «речка», множ.ч. horal), украинские Снивода, Снопоть, Снипород – с груз. Snos-c’q’ali, Конские воды – с груз. Cxenis-c’q’ali (праслов. *konь < груз. cxeni, др.-груз. hune, une, one «конь»), Ингул – груз. Ингури, Кодра (притока р. Тетерев) – река Кодори, Ворскла (с притокой Полузорье) – груз. varsklavi «звезда», Галка (река в Полтавской области) – мегрел.-чан. gali, gele «река» (Гальский р-н), Лтава – груз. Илто (река в Кахетии), Сула – груз. kceuli «разлитый», sweli «мокрый», Псло (Псёл) – мегрел. psila «песок» и др. [Мосенкіс Ю.Л. Проблема пошуку кавказьких паралелей українських гідронімів // Записки з ономастики / Відп. ред. О.Ю. Карпенко. – Одеса : Астропринт, 2003. – Вип. 7. – С.3-8. – Н.Я. Марр усматривал «яфетическую» (т.е. кавказскую) природу в украинском слове «гарний» («красивый»): хаттское (др.-абхазское) «хъяр» как «пожелание добра, благополучия» (затем в качестве циркумпонтийского субстрата сохранилось в греческом как приветствие «хайре»). «Свинья» может быть заиствовано из чанского диалекта грузинского c’vin- «вода» (т.е. «животное, валяющаяся в мокрой грязи»), «кукла» – из грузинского glexi «раб», «крестьянин», касситского kukla «раб».
По мнению Л. Г. Лопатинского, казачье фамильное окончание “-ко” (неизвестное в Центральной, Северной и Западной Украине) происходит от адыгского «къо» («къуэ») – «сын». Западно-украинские фамилии на окончание «-як» также имеют связь с адыгской этимологией: «хьакIэ» – «гость (человек новый/хвост)». По всей видимости, именно в украинский язык вошли такие адыгские слова, как нан («мать») – «ненька»; тат («отец») – «тато»; «хатэ» («усадьба») – «хата»; «уоркъ» («всадник, дворянин») – «Гурик / Гурко»; джьэгун («играть», «забавляться», от джьэгу(р) – «игра», «свадьба») – «джигун» (повеса), «ц1ык1у» (маленький) – «чукати» (чукать с детьми, т.е. играть с ними, ритмично качать их по вертикали, наподобие движения всадника при верховой езде) и пр. Также слово «худой» происходит от «хьадэ» – «покойник, предок», где вторая часть слова «дэ» означает «застывший» и является однокоренной глаголу «дыин» – «застывать», «коченеть».
Также интересно происхождение украинского слова «жупел». Это слово было живым в языке древнерусской письменности. Оно отмечено в языке древнейших русских памятников церковного содержания. Например, в XI в.: «Да не огньмь и жюпелъмъ потоплени будемь». В славянском переводе Библии оно присутствует в контексте: «... И Господь одожди на Содом и Гоморр жупел, и огнь от Господа с небесе» (И пролил Господь на Содом и Гоморру дождем серу и огонь от Господа с неба) (Быт. 19:24). В XV в. слово, как непонятное, иностранное, «неудобь познаваемое» внесено в новгородский глоссарий и затем неизменно объясняется в азбуковниках XVI – XVII вв. В словаре Памвы Берынды слово «жупел» также подвергается объяснению – «сера». Непонятность слова для широких масс сказывается в таком словоупотреблении конца XVII – начала XVIII в.: «... и скоро от серы, и от смолы, и от жупелу загорашася...». Встречается оно в стихах Г. Державина, В. Капниста и других (но явно это влияние славянского перевода Библии), но отсутствует у А. Пушкина. Этимология этого слова не очень ясна. Академик А. И. Соболевский предлагает связать «жупел» с каким-нибудь романским потомком лат. sulfur, а Уленбек пытается установить связь слова «жупел» с готск. swibls, А. С. Преображенский тоже готов видеть в этом слове старое заимствование из германского, но отмечает фонетические затруднения, связанные с такой этимологией [Виноградов В.В. История слов: Жупел // http://wordhist.narod.ru/gupel.html]. В переносном смысле «жупел» – нечто пугающее, внушающее ужас, страх; часто в ироническом значении – пугало («пропагандистский жупел», «быть жупелом» для кого-нибудь). В этом значении вошло в русский язык из речи купчихи в комедии А.Н. Островского «Тяжёлые дни» (1863): «Как услышу я слово „жупел“, так руки и ноги затрясутся». Но вероятнее всего слово «жупел» происходит от адыгского Шибле (Шыблэ) – имени бога грома и молний. Когда гремит гром, у адыгов все тотчас же выходят из селения, и вся молодежь обоего пола начинает петь и танцевать в присутствии пожилых людей, сидящих вокруг. Если молния убивает кого-нибудь из них, они хоронят его с почестями и считают святым, признавая такую смерть милостью бога. Затем в жертву приносят белого козла, а шкуру вывешывают на Т-образном шесте. Его встречают и провожают, стараются содержать в холе, водят из села в село, простираются перед ним ниц. Данный религиозный ритуал всенародный и очень торжественный, очень протяженный во времени. Князья участвовали в нем наравне с простолюдинами.
В «Поучении Владимира Мономаха» присутсвует слово «унеин» – «домашний», происходящее из адыг. «унэ», кабард. «уыне» – «дом».
Река Псел, крупнейший приток Дона, также может содержать базовое адыгское «псы» – «вода»: например, Пшизэ (адыг. название Кубани), Псекупс (приток Кубани), Псенафа, Пседах, Псебай (Псыбэ), Туапсе и мн. др.
Такая распространенная украинская фамилия как Шевченко также имеет адыгское происхождение. Она восходит к слову «шэуджэн», которым адыги обозначали своих христианских священников. Под натиском ислама шеуджены эмигрировали к черкесам Левобережной Украины, которые по-прежнему исповедывали христианство. Их потомки естественно назывались «шэуджэныкъо», «шэвджэнко», «шевченко». Украинская фамилия Тепешко явно находит соответсвие в адыгском «тхапишо» – «читающий молитву» на торжествах. Фамилия Пушик, связанная с галицким топонимом «Княждвор», отсылает к пщыкъуэй – «княжеское селение».
Другая весьма распространенная фамилия Шевчук восходит к адыгской фамилии Шевацук. Знаменитый гоголевский персонаж Чичиков и украинские фамилии Чучко / Чучвага / Чичвага также происходят от адыгской фамилии К1ык1ыкъо / Чичко, (К1ык1 / Чич – до сих пор очень многочисленный клан в черчанеевском подразделении адыгов-бжедугов, которая является одной из наиболее многочисленных). Шапсугское происхождение имеет запорожская фамилия Бган от бгъан – «орел» (современная фамилия Бгановы на побережье и в Майкопе). К кабардинским Межаевым вероятно восходит укр. Мажейко / Межейко / Можейко, где мыжъэй «неспящий», «бодрствующий». Другой гоголевский персонаж Солоха также восходит к кабардинскому Шолох, Солох. Адыгское Шэрэлъыкъо (Шэрэлуко) имеется явное соответствие в украинской антропонимии как Шерелуха. Как явное адыгское заимствование выглядит украинский глагол «шукати» («искать») от адыгского шак1о – «охотник».
Прозвище украинцев «хохол» Шора Ногма сопоставлял с адыгским хъохъыл1, что значит «отважный мужчина» или более точно – «восхваляемый мужчина» (где хъохъ – «восхваление», а л1ы –«мужчина»). Характер и суть черкесского присутствия на Украине отражает то обстоятельство, что столь фундаментальное понятие как «лыцарь» имеет адыгскую природу. Лыцарь представляет собой достаточно точную копию адыгского термина л1ыцэры1о – «знаменитый воин», где л1ы – «мужчина», а цэры1о – «известный, знаменитый». Польский «рыцарь» заимствовано либо напрямую из адыгского либо уже из украинского.
Центром днепровской Черкасии была Запорожская Сечь на острове Хортица. Показательно, что топоним Хортица имеет вполне адекватное адыгское значение. Согласно Н. Хачмахову, Хортица является лишь легким искажением от хъурт1ыс (хуртис) «место, где собираются мужчины», где хъур – «мужчина», а «т1ыс» – «садись». Как известно, Запорожская Сечьскачать dle 12.0

Загрузка...

Оставить комментарий

    • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
      heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
      winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
      worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
      expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
      disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
      joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
      sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
      neutral_faceno_mouthinnocent
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Адыги, убыхи, абхазы, осетины, вайнахи… сыграли в древности  роль в формировании Кавказской расы 11:01 Суббота 0 10 209 Адыги, убыхи, абхазы, осетины, вайнахи… сыграли в древности роль в формировании Кавказской расы Несомненно одно, что народы Кавказа (адыги, убыхи, абхазы, осетины, вайнахи…) сыграли в древности выдающуюся роль в формировании индоевропейской расы, которая и по сей день именуется Кавказской. Еще
Загрузка...